ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава

Патрони же, подумав о том, с каким нетерпением его ожидают в аэропорту, ощутил, что в нём закипает гнев. Он чуть ли не бросился на всю эту аппаратуру — так и схватил бы телевизионный аппарат, прожекторы и расколошматил. Мышцы его невольно натужились, дыхание участилось. Но усилием воли он взял себя в ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава руки.

Патрони отличался буйным, неуёмным характером; по счастью, его нелегко было вывести из равновесия, но если это бывало, то выдержка и благоразумие покидали его. Всю свою сознательную жизнь он старался научиться обладать собой, но это не всегда ему удавалось, хотя на данный момент довольно было вспомнить об одном случае ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, чтоб он смог взять себя в руки.

А тогда он этого сделать не смог. И воспоминание о том, что вышло, всю жизнь преследовало его.

Во время 2-ой мировой войны Джо служил в авиации и занимался любительским боксом, причём числился небезопасным противником. Он был боксёром среднего веса и в некий момент чуть ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава ли не стал участником чемпионата ВВС на европейском театре военных действий от собственной дивизии.

На матче, устроенном в Великобритании незадолго до вторжения в Нормандию, ему пришлось выступать против командира самолёта по имени Терри О'Хейл, разнузданного хулигана из Бостона, известного собственной подлостью как на ринге, так и вне ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава его. Джо был тогда рядовым авиационным механиком; он знал О'Хейла и не обожал его. Это не имело бы значения, если б О'Хейл не прибег на ринге к одному кропотливо рассчитанному приёму — не шептал всё время через зубы: «Ах ты, грязный даго, итальяшка… Ты почему не воюешь на другой ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава стороне, сосунок?.. Ты же ревёшь от экстаза, когда они сбивают наши машины, а, даго?» И т.д. всё в том же роде. Патрони отлично осознавал, что это гамбит, попытка вывести его из себя, и пропускал оскорбления мимо ушей, пока О'Хейл вопреки правилам не стукнул его два раза в низ ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава животика, арбитр же, плясавший сзади их, не увидел этих ударов.

Оскорбления, эти два удара в низ животика и нестерпимая боль сыграли своё дело, и Патрони вскипел, на что его противник и рассчитывал. Но он не рассчитывал, что Патрони так быстро, так гневно и так свирепо обвалится на него — О ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава'Хейл упал и, когда арбитр отсчитал 10, был уже мёртв.

Патрони не поставили это в вину. Хотя арбитр не увидел запрещённых ударов, их увидели зрители, стоявшие у ринга. Но даже если б они и не увидели, всё равно Патрони ведь делал только то, что положено — сражался в меру собственного ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава умения и сил. Только сам он знал, что на какие-то секунды рассудок ему изменил и он был безрассуден. Позднее, наедине с собой, Джо обязан был признать: даже понимая, что О'Хейл погибает, он не сумел бы справиться с собой.

После чего прискорбного варианта он не закончил боксировать и ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава не «повесил свои перчатки на гвоздь», как обычно пишут в романах. Он продолжал драться на ринге во всю силу собственных физических способностей, не стараясь в особенности сдерживаться, но кропотливо следя за тем, чтоб не пересечь черту меж разумом и безумием. Ему это удавалось — он это осознавал, ибо стоило ему ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава распалиться, как разум вступал в единоборство со животным началом и побеждал. Тогда — и только тогда — Патрони ушёл из бокса и уже не ступал на ринг до конца собственных дней.

Но одно дело уметь держать себя в руках, а другое — избавиться от схожих вспышек ярости вообщем. И когда лейтенант милиции возвратился ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, вволю накрасовавшись перед телевизионным аппаратом, Патрони набросился на него:

— Вы на целых 20 минут задержали пробку на дороге. 10 минут ушло у нас на то, чтоб расставить как следует грузовики, и сейчас ещё 10 минут уйдёт, чтоб возвратить их на прежнее место.

В этот момент над ними раздался шум пролетавшего самолёта ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава — напоминание о том, что Патрони следовало поторапливаться.

— Послушайте, мистер. — Лицо лейтенанта покраснело, хотя оно и так уже было красноватым от ветра и холода. — Вбейте для себя в башку, что командую тут я. Мы рады хоть какой помощи, включая вашу. Но решения принимаю я.

— Тогда примите же в конце ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава концов!

— Я буду делать то, что я…

— Ну, нет, вы будете слушать меня. — Патрони пылающими очами смотрел на полицейского, возвышавшегося над ним. Лейтенант, видимо, почувствовав сокрытый гнев старшего механика, его привычку командовать, замолк. — В аэропорту очень непростая ситуация. Я гласил вам об этом и гласил, почему я там ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава нужен. — Вроде бы подчёркивая свои слова, Патрони ткнул в воздух пылающей сигарой. — Может, и у других есть предпосылки торопиться, но ограничимся пока тем, что я вам произнес. У меня в машине телефон, и я на данный момент же позвоню собственному начальству. А оно позвонит вашему. И не успеете вы глазом ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава моргнуть, как вас вызовут по вашему радио и спросят, почему вы изображаете из себя телевизионного героя, заместо того чтоб заниматься делом. Так что решение, как вы изволили выразиться, за вами! Звонить мне по телефону либо будем пошевеливаться?

Лейтенант смотрел на Джо и, казалось, готов был испепелить его взором. Ему очень ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава хотелось дать волю гневу, но он сдержался. И оборотился всем своим огромным телом к телевизионщикам.

— Живо убирайте отсюда всю эту бодягу! Очень длительно вы здесь, ребята, копаетесь.

Один из телевизионщиков кликнул через плечо:

— Ещё пару минут, шеф!

Лейтенант в два прыжка очутился рядом с ним.

— Вы меня слышали? Убирайтесь ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава на данный момент же! — Всё ещё разгорячённый стычкой с Патрони, лейтенант пригнулся к нему, и телевизионщик съёжился.

— О'кей, о'кей! — Он поспешно замахал собственной группе, и переносные прожекторы потухли.

— Поставить эти два грузовика, как были! — Слова команды пулемётной очередью слетали с губ лейтенанта. Полицейские кинулись делать его ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава приказания. А сам он подошёл к Патрони и жестом показал на перевёрнутый фургон: он очевидно решил, что полезнее иметь Патрони в качестве союзника, чем противника. — Мистер, вы как и раньше считаете, что нам нужно оттаскивать его на обочину? Вы убеждены, что мы не сумеем поставить его на колёса ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава?

— Сможете, естественно, если желаете забаррикадировать дорогу до рассвета. Вам ведь нужно поначалу разгрузить фургон и только уже позже…

— Знаю, знаю! Забудем об этом. Оттащим его на обочину, а об вреде будем мыслить позже. — И, указав на длинноватую вереницу застывших в неподвижности машин, лейтенант добавил: — Если желаете рвануть отсюда, как освободится ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава дорога, выведите машину из собственного ряда и подгоните сюда. Дать вам провождающего до аэропорта?

Патрони кивнул:

— Спасибо.

Через 10 минут последний крюк тяги был укреплён. Тяжёлые цепи протянулись от 1-го из аварийных грузовиков и обмотались вокруг осей перевёрнутого автокара; крепкие тросы соединяли цепи с лебёдкой на аварийном грузовике. Цепи ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава со второго грузовика подсоединили к прицепу, а 3-ий грузовик поставили за прицепом, чтоб толкать фургон.

Шофёр автокара, пострадавший только некординально, хоть он и перевернулся совместно с машиной, тяжело вздохнул, смотря на происходящее.

— Моим обладателям это не понравится! Машины-то ведь совершенно новые. А вы превратите их в лом.

— Только доделаем то, что ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава ты начал, — увидел юный полицейский.

— Ну ещё бы! Вам-то всё равно, а я растерял неплохую работу, — угрюмо буркнул шофёр. — Может, сейчас попробую чего полегче — скурвлюсь и пойду в полицию.

— А почему бы и нет? — осклабился полицейский. — Ты ведь уже и так скурвился.

— Как считаете, можно приступать ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава? — обратился лейтенант к Патрони.

Джо кивнул. И пригнулся, проверяя, отлично ли натянуты цепи и тросы.

— Только потихоньку, не спеша, — предупредил он. — И поначалу тяните автокар.

На первом грузовике заработала лебёдка; колёса грузовика заскользили по снегу, шофёр прибавил скорости, чтоб натянуть цепь. Передняя часть перевёрнутого транспорта застонала, двинулась фута на два ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, отчаянно скрежеща металлом, и опять застила.

Патрони замахал рукою:

— Не останавливайтесь! Сдвигайте с места прицеп!

Цепи и тросы, соединявшие ось прицепа со вторым грузовиком, натянулись. 3-ий грузовик придвинулся к самой крыше фургона. Колёса всех трёх грузовиков скользили по влажному, уже плотно утрамбованному снегу. Автокар и прицеп двинулись ещё фута на ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава два под нестройное «ура» стоявшей вокруг толпы. Телевизионщики опять заработали; свет их прожекторов создавал дополнительное освещение.

На дороге — там, где до этого лежал фургон, — осталась широкая, глубочайшая вмятина. Автокар и прицеп вкупе со своим грузом были уже серьёзно повреждены, крыша на прицепе с того боку, который ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава протащили по шоссе, смялась. Стоимость, которую придётся заплатить — страховым компаниям, естественно, — за то, чтобы побыстрее вернуть движение на шоссе, будет большая.

Два снегоочистителя работали по обе стороны поваленного автокара с прицепом, расчищая накопившиеся со времени аварии сугробы. К этому времени и машины и люди уже были в снегу — и Патрони, и лейтенант ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, и полицейские, — словом, все, кто находился под открытым небом.

Моторы грузовиков опять взревели. Из-под колёс, скользивших на влажном, утрамбованном снегу, шёл дым. Медлительно, величественно перевёрнутая громада двинулась на два-три дюйма, позже на два-три фута и съехала к далекому краю дороги. Прошло всего несколько секунд, и фургон ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава перегораживал уже не четыре, а только одну полосу на шоссе. Сейчас три грузовика без труда-сдвинут автокар на обочину.

Полицейские засигналили фонариками, готовясь рассасывать потрясающую пробку, на что у их уйдёт, наверное, не один час. Рокот самолёта, пронёсшегося над головой, опять напомнил Патрони, что основная его забота — впереди.

Лейтенант ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава милиции, к которому он подошёл, снял фуражку и стряхнул с неё снег. Позже кивнул Патрони:

— Сейчас ваша очередь, мистер, поезжайте.

С обочины на шоссе вырулила патрульная машина. Лейтенант ткнул в неё пальцем:

— Держитесь за машиной. Я произнес им, что вы поедете следом, и повелел побыстрее проложить вам дорогу в ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава аэропорт.

Патрони кивнул. Когда он уже садился в собственный «бьюик», лейтенант кликнул ему вослед:

— Эй, мистер… Спасибо.

Капитан Вернон Димирест отворил дверцу шкафа, отступил на шаг и протяжно свистнул.

Он стоял на кухне у Гвен Мейген, в «Квартале стюардесс». Гвен всё ещё не вышла из душа; дожидаясь её, Димирест ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава решил приготовить чай и в поисках чашек и блюдец открыл шкаф.

Все четыре полки перед ним были плотно уставлены бутылочками. Это были мелкие бутылочки вместимостью в полторы унции, какие авиакомпании выдают пассажирам в полёте. Над большинством этикеток была наклеена марка авиакомпании, и все бутылочки были не откупорены ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава. Стремительно произведя в уме подсчёт, Димирест решил, что их тут штук триста.

Он и ранее лицезрел казённое вино в квартирах стюардесс. Но никогда не лицезрел в таком количестве.

— У нас есть запасы ещё и в спальне, — услышал он за спиной весёлый глас Гвен. — Мы собираем для вечеринки. По ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава-моему, довольно набрали, правда?

Он не слышал, как она вошла, и обернулся. До чего же она хороша и свежайша; с того времени как начался их роман, каждый раз при виде её он испытывал восхищение. В такие минутки, как ни удивительно, он, обычно уверенный в своём успехе у дам, удивлялся, что Гвен ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава принадлежит ему. Она была в узенькой форменной юбке и блузе, которые делали её совершенно юной. Её живое лицо с высочайшими скулами было немного запрокинуто, густые чёрные волосы поблескивали в электронном свете. Тёмные глубочайшие глаза с ухмылкой и нескрываемым одобрением смотрели на него.

— Можешь поцеловать меня, — произнесла она. — Я ещё не ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава намазалась.

Он улыбнулся: незапятнанный мелодичный глас с английским акцентом присваивал ей ещё больше очарования. Подобно многим девицам, окончившим дорогую английскую личную школу, Гвен усвоила всё благозвучие британских интонаций. Иногда Вернон Димирест нарочно втягивал Гвен в беседу — с единственной целью насладиться звучанием её речи.

Но на данный момент они стояли ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, прочно прижавшись друг к другу, и губки её скупо отвечали на его поцелуи.

— Нет! — решительно заявила Гвен, в один момент отстраняясь от него. — Нет, Вернон, не нужно. Не на данный момент.

— Почему? У нас довольно времени. — Глас Димиреста звучал глухо, в нём слышалось нетерпение.

— Я же произнесла ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, что мне нужно с тобой побеседовать, а на то и на другое у нас нет времени. — Гвен заправила блузу, выбившуюся из юбки.

— А, чёрт! — буркнул он. — Доводишь меня чёрт-те до чего, а позже… Ну, хорошо, подожду до Неаполя. — Он легонько поцеловал её. — Пока будем лететь в Европу, думай ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава о том, что я сижу в кабине и тихо плавлюсь.

— Ничего, я опять доведу тебя до кондиции. Можешь на меня положиться. — Она рассмеялась и, прильнув к нему, провела длинноватыми тонкими пальцами по его лицу, встопорщила волосы.

— О господи, — вздохнул он, — сейчас ты ведёшь себя, как следует.

— Хорошенького понемножку. — И Гвен ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава сняла его руки со собственной талии. Позже оборотилась и подошла к шкафу, который он открыл.

— Постой, постой. Ты так и не растолковала мне, что это означает. — И Димирест указал на маленькие бутылочки с наклейками авиакомпании.

— Это? — Гвен, подняв брови, окинула взором четыре уставленные бутылочками полки и придала собственному лицу выражение ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава оскорблённой невинности. — Умеренные отходы, то, что не потребовалось пассажирам. Неуж-то, капитан, вы хотят донести на меня и сказать об отходах?

— Отходы в таком количестве? — иронично проронил он.

— А почему бы и нет? — Гвен взяла бутылочку джина «Бифитер», опять поставила её и взяла другую — виски «Кэнедиен клаб». — А всё ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава-таки одно можно сказать в пользу авиакомпании: алкоголь они приобретают самого высочайшего свойства. Хочешь испить?

Он негативно покачал головой.

— Ты могла бы предложить мне кое-что лучше.

— Могла бы, если б ты не изображал из себя серьезного арбитру.

— Я просто не желаю, чтоб ты попалась.

— Никто не попадается ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, хотя все это делают. Посуди сам: каждому пассажиру первого класса положено две бутылочки; но есть такие, которые выпивают только одну, и всегда есть такие, которые вообщем не пьют.

— В правилах сказано, что вы должны вернуть неоткупоренные бутылки.

— О господи! Так мы и делаем: возвращаем две-три для вида, а другие ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава девченки делят меж собой. Так же поступаем, мы и с вином. — Гвен хихикнула. — Мы очень любим пассажиров, которые требуют вина перед самой посадкой. Тогда можно на легитимных основаниях откупорить бутылку, налить пассажиру бокал, а остальное…

— Ясно. А остальное унести домой?

— Хочешь посмотреть? — Гвен открыла другую дверцу шкафа ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава. На полках стояло около дюжины бутылок вина.

Димирест усмехнулся.

— Ну и ну!

— Это не только лишь мои. Моя напарница и одна из девчонок, что живойёт рядом, дали мне свою долю на сохранение — для вечеринки. — Она взяла его под руку. — Ты ведь тоже придёшь, естественно?

— Если пригласят; наверное, приду ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава.

Гвен закрыла дверцы шкафа.

— Можешь не колебаться: пригласят.

Они прошли на кухню, и она налила в чашечки приготовленный им чай. Он любовался каждым её движением. У Гвен был некий умопомрачительный дар даже вот такое чаепитие на ходу обставлять со всей торжественностью.

Сейчас, когда она достала из другого шкафа чашечки и Димирест увидел ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, что они тоже с маркой «Транс-Америки», он только усмехнулся. Не следовало ему проявлять такую щепетильность при виде бутылочек с ярлычками авиакомпании, пошевелил мозгами он: в конце концов, уловки стюардесс ни для кого не тайна. Просто его удивило количество бутылочек.

Он знал, что все бортпроводницы достаточно стремительно ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава обнаруживают, что экономичное расходование запасов в самолётных подсобках может значительно облегчить им жизнь дома. Они приходят в самолёт с полупустыми чемоданчиками, которые потом набивают оставшейся пищей, причём высококлассной, так как авиакомпании приобретают только самое наилучшее. Пустой термос отбывает из самолёта полным — со сливками, а иногда и с шампанским. Кто-то ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава даже убеждал Димиреста, что предприимчивая бортпроводница может наполовину уменьшить собственный счёт у бакалейщика. Лишь на интернациональных рейсах девицы ведут себя осторожнее, потому что по правилам все оставшиеся продукты сходу после посадки должны быть уничтожены.

Всё это, очевидно, строго запрещено всеми авиакомпаниями и все же идёт своим чередом.

Бортпроводницы знают ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, что по окончании полёта никакой инвентаризации не делается. Во-1-х, на это просто нет времени, и, во-2-х, авиакомпаниям дешевле компенсировать убытки, чем подымать вокруг этого шум. В итоге многие бортпроводницы смогли за счёт авиакомпании обзавестись одеялами, подушками, полотенцами, льняными салфетками, рюмками и столовыми устройствами в воистину ошеломляющем количестве ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава: Вернону Димиресту доводилось посещать «гнёздышки», где практически все предметы ежедневного обихода очевидно прибыли из кладовых авиакомпаний.

В размышления его вторгся глас Гвен.

— Я вот что желала сказать для тебя, Вернон: я беременна.

Она произнесла это настолько небережно, что смысл её слов не сходу дошёл до его сознания ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава. И поэтому он ошарашенно переспросил:

— Ты что?

— Беременна: бе-ре-ме…

— Можешь не произносить по слогам, — раздражённо оборвал он её. Но мозг его всё ещё не вожделел принимать услышанное. — Ты в этом уверена?

Гвен рассмеялась своим приятным, серебристым хохотом и глотнула чаю. Димирест лицезрел, что она развлекается его растерянностью ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава. Но до чего же она была на данный момент вожделенна и хороша!

— Дорогой мой, — увидела она, — какой старенькый, как мир, очевидный вопрос! Во всех книжках, какие я читала, мужик в таких случаях задаёт вопрос: «А ты уверена?»

— Чёрт побери, Гвен! — взорвался Димирест. — Ты всё-таки уверена либо нет?

— Естественно ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава. По другому я бы для тебя этого не произнесла. — Она протянула руку к стоявшей перед ним чашечке. — Ещё чаю?

— Нет!

— Всё до боли просто, — расслабленно произнесла Гвен. — Это вышло во время «пересыпа» в Сан-Франциско… Помнишь, мы ещё ночевали в этом шикарном отеле на Ноб-Хилл, где раскрывается таковой вид ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава из окон… Как он именовался, этот отель?

— «Фейрмонт». Да, помню. Продолжай.

— Ну вот: боюсь, я там была неосмотрительна. Я не стала принимать таблетки, так как начала от их полнеть, и, не считая того, я считала, что в тот денек могу не волноваться, но, видно, ошиблась. Словом, из-за моей небрежности ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава сейчас во мне посиживает крохотный Вернон Димирест, который с каждым днём будет всё расти.

Пришло молчание. Позже он, запинаясь, произнес:

— Возможно, я не должен об этом спрашивать…

Она оборвала его:

— Нет, должен. Ты имеешь право спросить. — Тёмные глаза Гвен открыто и прямо смотрели на него. — Ты хочешь ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава знать, был ли кто-то ещё и уверена ли я, что это твой ребёнок. Так?

— Послушай, Гвен…

Она дотронулась до его руки.

— Не нужно деликатничать. Всякий на твоём месте задал бы таковой вопрос.

Он с злосчастным видом махнул рукою.

— Забудь об этом и извини меня.

— Но я готова для тебя ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава ответить. — Она заговорила резвее и поболее сбивчиво: — Никого другого не было. И быть не могло. Видишь ли… дело в том, что я люблю тебя. — В первый раз она не смотрела на него. И, помедлив, продолжала: — По-моему, я обожала тебя… я даже уверена, что обожала… ещё до той ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава нашей поездки в Сан-Франциско. На данный момент, когда я думаю об этом, я рада, что это так, так как нужно обожать человека, от которого у тебя ребёнок, правда?

— Послушай меня, Гвен. — Он накрыл её руки своими. Пальцы у Вернона Димиреста были сильные, тонкие, привыкшие управлять и подчинять для себя, но умевшие ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава и ублажать. И на данный момент они нежно гладили её руки. Обычно твердый и резкий с мужиками, Вернон Димирест был постоянно нежен с дамами, которые ему нравились. — Нам нужно серьёзно побеседовать и всё обмозговать. — Сейчас, придя в себя от неожиданности, он привёл свои мысли в порядок. Ему стало ясно ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, что делать далее.

— А для тебя ничего не надо решать. — Гвен вскинула голову, глас её был спокоен. — И, пожалуйста, не беспокойся: я не стану устраивать сцен и осложнять для тебя жизнь. Я этого не сделаю. Я ведь знала, на что шла, знала, что это может произойти. Я ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, правда, этого не ждала, но так вышло. И я решила сказать для тебя об этом сейчас только поэтому, что ребёнок твой: это часть тебя, и ты должен знать. А сейчас, когда ты знаешь, я говорю для тебя: можешь не беспокоиться. Я сама со всем справлюсь.

— Не кипятись, я для ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава тебя, естественно, помогу. Не воображаешь же ты, что я отвернусь от тебя и сделаю вид, как будто это меня не касается. — А про себя он задумывался: «Главное — не тянуть: чем резвее избавимся от малеханького негодника, тем лучше. Нужно бы ещё узнать, как она религиозна: есть ли у неё предубеждения ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава против аборта?» В дискуссиях с ним Гвен никогда не касалась вопросов веры, но бывает, что люди, от которых меньше всего можно этого ждать, оказываются вдруг, верующими. И он спросил:

— Ты католичка?

— Нет.

Ну, это уже лучше, пошевелил мозгами он. В таком случае ей, пожалуй, нужно побыстрее слетать в Швецию ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава — на это пригодится всего некоторое количество дней. «Транс-Америка» здесь, естественно, поможет — авиакомпании всегда помогают в таких случаях, при условии, что официально им ничего не понятно: необходимо только намекнуть на аборт, но не произносить этого слова. Тогда Гвен сумеет полететь на самолёте «Транс-Америки» в Париж, а оттуда «Эр ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава-Франс» доставит её в Стокгольм — по служебному билету, на базе обоюдных услуг. Естественно, хоть она и безвозмездно полетит в Швецию, всё равно за операцию придётся выложить большую сумму: посреди авиационных служащих даже прогуливалась шуточка, что шведы чистят не только лишь внутренности, да и кармашки собственных пациенток. Всё это, естественно, обошлось ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава бы много дешевле в Стране восходящего солнца. Многие бортпроводницы летят в Токио и делают там аборт за 50 баксов. И даже будто бы в клиниках. Но Димиресту почему-либо Швеция либо Швейцария представлялись более надёжным местом. Если он когда-нибудь сделает бортпроводнице ребёнка, заявил в один прекрасный момент ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава Димирест, то избавляться от него она будет по первому классу.

Но то, что с Гвен это вышло конкретно на данный момент, было катастрофически некстати и нарушало все его планы: он замыслил расширять собственный дом и уже вышел за рамки бюджета. Ничего не поделаешь, темно решил он, придётся реализовать кое-что из акций ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава — пожалуй, «Дженерал дэйнемикс»: он уже хорошо на их заработал и пора пользоваться барышом. Нужно будет позвонить маклеру, как они возвратятся из Рима… и из Неаполя.

И он спросил:

— Но ты всё же поедешь со мной в Неаполь?

— Естественно. Я так издавна желала об этом. К тому же я купила ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава новейшую ночную рубаху. Ты её узреешь завтра вечерком.

Он встал из-за стола и ухмыльнулся.

— Бесстыдная девка.

— Бесстыдная беременная девка, которая нескромно любит тебя. А ты меня любишь?

Она подошла к нему, и он начал её целовать — в губки, в щёки, в ухо, чувствуя, как напрягаются её ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава руки, обвившие его, шейку. И он прошептал:

— Я люблю тебя. — В эту минутку Димирест не колебался, что гласит правду.

— Вернон, дорогой…

— Да?

Щека, прильнувшая к его щеке, была такая мягенькая. Глас звучал глухо — она гласила, уткнувшись ему в плечо:

— Как я для тебя произнесла, так и будет. Для ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава тебя не придётся мне помогать. Только если ты по правде захочешь.

— А я и желаю. — Он решил, что позондирует почву насчёт аборта по пути в аэропорт.

Гвен высвободилась из его объятий и поглядела на свои часики: восемь 20.

— Пора, капитан. Поехали.

— Я думаю, ты понимаешь, что беспокоиться для тебя не ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава о чём, — гласил Вернон Димирест, ведя машину. — Авиакомпании привыкли к тому, что их незамужние бортпроводницы беременеют. Это случается на каждом шагу. Согласно последнему отчёту, 10 процентов стюардесс раз в год оказываются беременными.

Вот сейчас, не без наслаждения отметил он про себя, они уже подходят к сущности дела. Отлично! Принципиально отвлечь Гвен от всяких ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава слащавых глупостей, связанных с этим будущим ребёнком. Димирест знал: если она расчувствуется, здесь, вопреки здравому смыслу, могут произойти самые несуразные вещи.

Он осторожно вёл машину, твёрдо, но заботливо держа руль, — он всегда заботливо обращался с хоть каким механизмом, будь то автомобиль либо самолёт. На окраине городка улицы были покрыты ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава толстым слоем снега, хотя их только-только расчищали, когда он ехал из аэропорта к Гвен. Снег продолжал валить, и в местах, открытых ветру, в особенности там, где не было построек, громоздились высочайшие сугробы. Капитан Димирест осторожно огибал их. Ему совсем не улыбалось застрять где-нибудь по дороге ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава либо вылезти хотя бы на минутку из машины, пока они не доберутся до гаража «Транс-Америки».

Гвен, комфортно пристроившаяся рядом с ним на кожаных подушках сидения, недоверчиво спросила:

— Неуж-то… неуж-то правда, что раз в год 10 стюардесс из 100 оказываются беременными?

— Год на год, естественно, не приходится, но как ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава правило это более либо наименее так, — подтвердил он. — Пилюли, непременно, изменили это соотношение, но, как мне понятно, ненамного. Как один из управляющих нашей ассоциации, я имею доступ к такового рода данным. — Он сделал паузу, дожидаясь реакции Гвен. Но она молчала, и он продолжал: — Нельзя забывать, что бортпроводницами работают приемущественно девицы из ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава ферморского сословия, а если и городские, то из умеренных семей. Они росли в глуши, жили более чем неиндивидуально. И вдруг перед ними раскрывается совершенно другая жизнь: новые городка, номера в дорогих гостиницах, встречи с увлекательными людьми. Словом, они начинают приобщаться к la dolce vita.[4] — Он усмехнулся. — Ну, и в ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава конечном итоге на донышке бокала другой раз остаётся осадок.

— Какое свинство! — Гвен вскипела в первый раз за всё время их знакомства. — Какое высокомерие! — возмущённо продолжала она. — Одно слово: мужик. Итак вот, если в моём бокале либо во мне кое-что и осталось, то позволь для тебя ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава напомнить, что это твоё, и хотя мы совсем не собирались ничего оставлять, я бы подыскала для этого другое выражение. И ещё: меня, чёрт возьми, никак не устраивает то, что ты сваливаешь меня в одну кучу со всеми этими девченками «из фермерского сословия» и «из умеренных семей».

Щёки Гвен горели ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава, глаза сверкали от возмущения.

— Эй! — произнес он. — А мне нравится твоё настроение.

— Что ж, если будешь продолжать в том же духе, для тебя не придётся сетовать на то, что оно у меня поменялось.

— Неуж-то я гласил такие уж мерзости?

— Ты просто невыносим.

— Не сердись, пожалуйста. — Димирест снизил скорость и тормознул у ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава светофора, искрившегося мириадами бардовых точек через падающий снег. Они молчком подождали, пока свет не стал зелёным, броским, как на рождественской открытке. Когда они двинулись далее, он мягко произнес: — Ни в какую кучу сваливать тебя я не собирался, так как ты — исключение. Ты же умница и только ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава по неосторожности попала в неудачу. Ты сама так произнесла. Просто мы, наверное, оба были неосмотрительны.

— Хорошо, хватит об этом. — Вспышка гнева у Гвен уже прошла. — Но никогда не суди обо мне по другим. Я — это я, и никто другой.

Некое время они молчали. Потом Гвен вдумчиво произнесла:

— Пожалуй, так мы его и ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава назовём.

— Кого и как?

— Я вспомнила о том, что произнесла для тебя — насчёт того, что во мне посиживает небольшой Вернон Димирест. Если родится мальчишка, мы назовём его Вернон Димирест-младший, как принято у янки.

Его имя ему не очень нравилось, и он только желал было сказать: «Я ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава совсем не желаю, чтоб мой отпрыск…», но сдержался. Это было бы уже небезопасно.

— Видишь ли, Гвен, я ведь желал только сказать, что авиакомпании привыкли к схожим вещам. Ты знаешь о существовании такового документа «один-три», либо «Три пт о беременности»?

Она кратко произнесла:

— Да.

Естественно, что Гвен знала ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава об этом документе. Практически все бортпроводницы были в курсе того, что авиакомпании в состоянии сделать для их в случае беременности — если, естественно, бортпроводница согласится на определённые условия. В компании «Транс-Америка» этот документ обычно называли «3 ПБ». В другой компании он именовался по другому и условия были малость другие, но принцип ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава был всюду схож.

— Я знала женщин, которые прибегали к его помощи, — произнесла Гвен. — Но никогда не задумывалась, что и мне придётся этим пользоваться.

— Большая часть из их, наверное, тоже этого не подразумевали. — Димирест помолчал и добавил: — Но ты не должна беспокоиться. Авиакомпании не склонны это рекламировать, и всё ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава делается шито-крыто. Как у нас с течением времени?

Гвен приблизила руку с часами к освещённому щитку с устройствами.

— Будем впору.

Он осторожно вывел собственный «мерседес» на среднюю полосу, угадывая её границы под влажным снегом, и опередил неловкий грузовик. Несколько человек, по всей вероятности аварийная команда, стояли на ступени, уцепившись ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава за борт грузовика. Одежка на их была влажная, они выглядели усталыми и злосчастными. И Димирест поразмыслил: «Интересно, вроде бы они реагировали, если бы узнали, что мы с Гвен через несколько часов будем под тёплым неаполитанским солнцем».

— Не знаю, право, — промолвила вдруг Гвен, — не знаю, найду ли я внутри себя силы ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава пользоваться этим документом.

Как и Димирест, Гвен понимала, чем управлялось аэропортовское начальство, составляя особый документ на случай беременности стюардесс. Ни одной компании не хотелось расставаться со своими бортпроводницами. Их обучение стоило недешево, и квалифицированная бортпроводница являлась большим финансовложением. Ну и не считая того, не так просто отыскать подходящих ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава женщин с неплохой наружностью, манерами и притягательностью.

Программка помощи была составлена с таким расчётом, чтоб её было просто и просто производить. Если беременная бортпроводница не собиралась выходить замуж, она, естественно, стремилась по окончании беременности возвратиться на прежнее место, причём авиакомпания обычно была только рада её возвращению. Потому, согласно ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава программке, ей предоставлялся официальный отпуск с сохранением занимаемой должности. В отделе же персонала существовали особые секции, которые хлопотали об этих юных женщинах, помогая им, а именно, избрать поликлинику, а позже поместить ребёнка на воспитание или по месту проживания мамы, или в более далённом месте — по её желанию. Был здесь и психический ЧИСТИТЕ ОБУВЬ, НАНИМАЯ МАШИНУ, — 9 глава момент: женщина знала, что кто-то помыслит о ней и позаботится о её интересах. Бывало даже, что ей давали ссуду. Если после родов бортпроводнице не хотелось ворачиваться на прежнюю базу, её переводили в другое место по её выбору.


chistota-celej-uddeshya-pavitrata.html
chistota-pishi-i-svoboda-ot-zavisimosti.html
chistota-tela-vo-vremya-menstruacij.html